Меню

Языковая политика стран мира

Читальный зал

Наука и жизнь

Русский язык в школе

Русский язык за рубежом

Русская речь

Мир русского слова

Журнал «Грамоты.ру»

Исследования и монографии

Конкурсные публикации

Мир русского слова

Что такое языковая политика?

«Лингвистический энциклопедический словарь» дает такое определение языковой политики: «Совокупность идеологических принципов и практических мероприятий по решению языковых проблем в социуме, государстве» [1]. Языковая политика может быть весьма многообразной. Закон, определяющий, каким языком следует пользоваться в тех или иных официальных ситуациях, — часть языковой политики.

Наиболее действенными орудиями языковой политики являются административная сфера, система образования, средства массовой информации

Большинство современных развитых государств построено либо по национальному принципу, либо по принципу «плавильного котла», то есть объединения разных этносов в единое целое. В этом случае основу государственной языковой политики составляет полное языковое единство и всеобщее одноязычие.

Распространение общих языков может достигаться разными способами. Есть страны, где большое значение придается законодательству. Особенно яркий пример здесь — Франция. В течение полутора веков каждый француз независимо от национального происхождения обязан был учиться в школе на французском языке и только на нем обращаться в суд или полицию.

Не менее жесткая политика проводилась в Великобритании, где еще в первой половине ХХ в. деревенских школьников учителя били за случайно произнесенные фразы на ирландском или валлийском языках

Отметим неверность распространенных представлений о том, что степень демократичности того или иного государства обратно пропорциональна степени жесткости языковой политики. Страны классической западной демократии как раз отличались очень большой жесткостью мер по вытеснению языков меньшинств.

Наряду с одноязычным типом языковой политики существуют и другие типы. Есть государства, где нет единого государственного языка. Отметим, что наличие в стране нескольких официальных языков, особенно — территориально распределенных, часто не способствует государственному единству. Распались Чехословакия и Югославия, сильны сепаратистские тенденции в Бельгии и французской части Канады, в некоторых штатах Индии.

После 1917 г. в России была предпринята попытка проведения новой языковой политики, не имевшей аналогов в мире. Суть ее в 1918 г. выразил народный комиссар национальностей РСФСР И. В. Сталин: «Никакого обязательного «государственного» языка — ни в судопроизводстве, ни в школе! Каждая область выбирает тот язык или те языки, которые соответствуют национальному составу ее населения, причем соблюдается полное равноправие языков как меньшинств, так и большинств во всех общественных и политических установлениях» [2

Объективно политике равноправия всех языков противостояли два фактора, из которых тогда осознавался лишь один: недостаточное развитие многих языков. Значительное их число не имело стабильной нормы. Одни были бесписьменными, другие пользовались письменностями, которые в те годы оценивались как «несовременные», «тянущие в прошлое» (арабская, старомонгольская).

Конец 50-х — начало 60-х гг. в СССР был периодом наиболее активной русификации. В 1958 г. началась школьная реформа, в том числе вводившая право родителей выбирать для своих детей язык обучения. И сразу резко сократилось количество национальных школ. В национальных школах обычно не было возможности полноценно выучить русский язык.

После 1991 г. развитие языковой политики в России и в большинстве других стран, образовавшихся на развалинах СССР, пошло по-разному. В большинстве новых государств принят курс на развитие функций новых государственных языков и снижение роли русского языка. Иная ситуация в России. Это — единственное из государств, образовавшихся на территории СССР, где не идет речи о создании национального государства (лозунг «Россия — для русских» не разделяется ни властью, ни большинством оппозиции). Привычка к всеобщему использованию русского языка сохранилась и даже усилилась по сравнению с советским временем.

При выработке языковой политики в 1991 г. и несколько последующих лет и в Москве отчасти исходили из несколько идеалистических представлений. Понятно, что при нынешнем уровне знания русского языка в России использование какого-либо другого языка в сношениях между центром и регионами нереально.

Закон регламентирует лишь некоторые сферы употребления языков, главным образом те, в которых применение русского языка очевидно (подготовка проектов российских законов, передачи всероссийского телевидения и радио и др.). Все более сложные вопросы передаются на усмотрение местных органов власти. Калмыцкий и подобные ему языки еще нельзя назвать вымирающими: в бытовом общении в сельской местности они достаточно устойчивы. Но где смогут, исключая бытовое общение с сельскими родственниками, использовать полученное в школе знание калмыцкого языка дети, живущие в Элисте?

Со многими языками ситуация еще хуже. Ситуация с вымирающими языками особенно ярко показывает отсутствие четкой языковой политики в России Напряженность в ряде регионов наблюдается, и не только между русским языком и малыми языками, но и между языками меньшинств.

Языковая политика ведется везде. Даже если ее нет в целенаправленном виде, стихийно она как-то проводится. В современной России противостоят друг другу стихийный процесс распространения русского языка через экономические связи, развитие рыночных отношений, миграцию населения и др. и сознательная деятельность в пользу развития национальных языков в российских республиках.

Дешериев Ю. Д. Языковая политика. // Лингвистический энциклопедический словарь. М., 1990, с.616.

Сталин И. В. Собрание сочинений, т.4, с.70.

Поливанов Е. Д. Родной язык в национальной партшколе. // Вопросы национального партпросвещения. М., 1927, с.113.

Туманян Э. Г. Законы о языках и возможность их реализации. // Язык в контексте общественного развития. М., 1994, с.73.

Проблемы возрождения калмыцкого языка. Элиста, 1992, с.43.

Шабаев Ю. П. Языковая ситуация и этноязычные проблемы в Коми-пермяцком автономном округе. // Языковые проблемы Российской Федерации и законы о языках. М., 1994, с.230.

Читайте также:  Юридические свойства писаной конституции зарубежных стран

Беликов В. И. Самосознание, identity и этнические конфликты. // Этническое и языковое самосознание. М., 1995, с.19.

Текущий рейтинг:

Источник

Языковая ситуация и языковая политика

(Мечковская «Социальная лингвистика»)

Языковая ситуация — это совокупность языковых образований, т.е. языков и вариантов языков (диалектов, жаргонов, функциональных стилей и других форм существования языка), обслуживающих некоторый социум (этнос и полиэтническую общность) в границах определенного региона, политико-территориального объединения или государства.

Языковая ситуация как один из предметов социолингвистики — явление многоаспектное и многопризнаковое, при этом признаки, значимые для характеристики языковых ситуаций:, разнонаправлены и не иерархичны. Поэтому едва ли возможна единая и многопризнаковая классификация всего разнообразия языковых ситуаций на Земле. Однако их обзор может быть проведен на основе ряда типологически значимых признаков. Этот обзор дан в таблице и в следующих за ней примечаниях (которые подтверждают обоснованность приводимых примеров).

№. Типологический признак языковой ситуации (ЯС) и его социолингвистический смысл Оппозиция типов и пример
1. Количество языковых образований составляющих ЯС, т.е. степень ее языкового разнообразия Однокомпонентная ЯС (Исландия) — многокомпонентная (Венгрия, Финляндия)
2 Количество этнических языковых образований, составляющих ЯС (т.е. степень этноязыкового разнообразия ЯС) Многокомпонентная одно-язычная (Венгрия) — много-компонентная — дву- (трех, четырех-, пяти-) язычная ЯС (Финляндия)
3 Процент населения, говорящего на каждом из языков, т.е. относительная демографическая мощность языков, составляющих ЯС Демографически равновесная ЯС Бельгия) — демографически неравновесная (Испания)
4 Количество коммуникативных функций, выполняемых каждым языковым образованием, в отношении к общему числу таких функций, т.е. относительно коммуникативная мощность языковых образований Сбалансированная (комму-никативно равновесная) ЯС (Бельгия) — несбалансированная (коммуникативно неравновесная) ЯС (Испания)
5 Юридический статус языков, т.е. характер государственной регламентации их взаимоотношений Тождественный юридический статус (Швейцария, Беларусь) — различный статус (Каталония)
6 Степень генетической близости языков, составляющих ЯС Близкородственное двуязычие Беларусь, Украина, Чехия, Словакия, Югославия, бело-русско-польское двуязычие в Польше) — неблизкородственные (Бельгия) — неродственное (Финляндия, Татарстан)
7 Этнические корни языка, престижного в данной ЯС: является ли она одним из автохтонных (местных) языков, т.е. родным для части коренного населения, или это импортированный язык Эндоглоссная ЯС (церковно-славянский язык у болгар и отчасти сербов до XVII в.; Гана, Кмерун) — смешанная (эндо-экзоглоссная) ЯС (Индия, Великое княжество Литовское, Танзания)
8 Оценки социумом престижа сосуществующих языков: разный престиж — относительно равный престиж Диглоссия, т.е. такое двуязычие, одним из признаков которого является оппозиция языков по престижности (церковносла-вянско-русская диглоссия в Московской Руси до XVII в.) — недиглоссное двуязычие (Финляндия)

1. На исландском языке говорит 99% населения, при этом практически отсутствуют диалектные различия, а также противопоставление литературного и обиходно-разговорного языка; таким образом, один этнический язык представлен одной формой существования языка. Правда, имеет место так называемое культурное двуязычие: специальное образование предполагает широкое использование английского языка.

2. На венгерском языке говорит 99,4% населения; имеется 8 диалектов, противопоставленных литературному языку.

3. В Финляндии два государственных языка — финский и шведский, при том что 91% населения финны и 6% — шведы.

4. В Бельгии два государственных языка, французский (романская подгруппа индоевропейской семьи) и фламандский, или нидерландский (германская подгруппа той же семьи), при этом 39,1% населения — франкоязычные валлоны и 50,7% — фламандцы.

5. В Испании один государственный язык и три официальных, в автономных провинциях Каталония, Валенсия и Балеарские острова — каталанский, в Галисии — галисийский, в Стране Басков — баскский (во всех провинциях статус официального языка имеет также и испанский). При этом 70,6% населения -испанцы, 18,3% — каталонцы, 8,1% — галисийцы, 2,4% — баски.

6. В Швейцарии четыре государственных языка: немецкий, французский, итальянский, ретороманский, притом что германо-швейцарцы, немцы и австрийцы составляют 64% населения, франко-швейцарцы и французы -18%, итало-швейцарцы и итальянцы — 10%, ретороманцы — 0,8%.

7. В Беларуси два языка с равным статусом и правами — белорусский и русский.

8. В Каталонии испанский язык имеет статус государственного и официального, каталанский – официального

9. В Польше около 165 тыс белорусов, проживающих главным образом в Белостоке ком и Люблинском воеводствах.

10. В Эфиопии государственный язык амаринья является родным для самого многочисленного народа амара (37,7% населения).

11. В Гане государственный язык — английский.

12. В Камеруне два государственных языка — французский и английский.

13. В Индии два официальных зыка: хинди и английский (согласно конституции, английский имеет статус временного официального языка Индии).

14. О ситуации в Великом княжестве Литовском см. с. 105 – 107 (в Мечковской).

15. В Танзании два государственных языка — суахили и английский.

16. О диглоссии см. с. 75 — 76, 108 – 110 (Мечковская).

Этноконсолидирующая функция языка –язык как фактор объединения и единства народа.

Диглоссия это взаимодействие двух или трех вариантов одного и того же языка (или литературного языка и местного диалекта).

Билингвизм— это взаимодействие двух или трех языков в одном и том же языковом коллективе, одном и том же обществе.

Языковая ситуация — это функционирование двух и более языков в одной стране, а также их социально-функциональная иерархия.

По А. Д. Швейцеру, Л.Б. Никольскому существуютдве группы языковых ситуаций:

1) экзоглоссные— совокупности языков

а) Экзоглоссная сбалансированная (Швейцария — немецкий, французский, итальянский), Бельгия (французский и фламандский)
б) Экзоглоссная несбалансированная (уэльский язык в Англии и бретонский во Франции, английский, испанский в США)

2) эндоглоссные— совокупности подсистем одного языка

а) Эндоглоссная сбалансированная (наличие нескольких подсистем национального языка, которые равноценны в функциональном отношении. Пример: средневековая Германия)
б) Эндоглоссная несбалансированная (во всех сферах коммуникации используется единственный национальный язык, однако функциональная нагрузка обособляющихся подсистем велика. (В Дании наряду с литературным языком, существуют три группы диалектов, обслуживающих устное общение (ютландские, островные-зеландские, восточно-датские).

Читайте также:  Заработать биткоин этот способ нашей стране является

Языковая ситуация в Беларуси:

Билингвизм

Его особенности:

v массовый характер индивидуального двуязычия;

v у большинства билингвизм складывается не в семье, а в результате специального обучения;

в речи жителей Беларуси массово наблюдаются разнообразные интерферентные явления.

Языковая политика— совокупность мер, предпринимаемых государством, общественными организациями для изменения или сохранения существующего функционального распределения языков, для введения новых или сохранения старых языковых норм.

— выбор государственного языка;

— юридическая регламентация взаимоотношений языков (определение положения других языков по отношению к государственному; определение сфер функционирования государственного и других языков);

— кодификация и нормализация государственного языка;

— разработка алфавитов для бесписьменных языков, ликвидация неграмотности.

— Статусная: роль языка в данном государстве в сравнении с другими языками, функционирующими в этом государстве; а также его роль за пределами государства, т. е. на международной арене, в сравнении с другими языками, также действующими на международной арене

— Корпусная: регулирование внутреннего устройства языка и соотношения взаимодействия его форм (литературный язык, диалекты и т.д.)

Параметры языковой политики:

— ретроспективность/перспективность: ориентация на сохранение существующей языковой ситуации, на противодействие изменениям, возрождение утерянных языковых традиций или на изменение существующей языковой ситуации;

— демократичность/антидемократичность: учет интересов широких масс или учет интересов только высших слоев общества;

— интернационалистичность/националистичность: учет интересов всех этнических групп или учет интересов лишь одной этнической группы;

— конструктивность/деструктивность: расширение функций языка, сфер его применения, увеличение его социально-коммуникативной роли или вытеснение языков, сужение их функций;

— централизованность/нецентрализованность: централизованную языковую политику проводит государство, предусматривающее систему общеобязательных мероприятий; нецентрализованная языковая политика – это политика местных органов власти, она не имеет обязательной силы за пределами данного региона.

23. ГИПОТЕЗА ЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ ОТНОСИТЕЛЬНОСТИ (известная также как «гипотеза Сепира – Уорфа»), тезис, согласно которому существующие в сознании человека системы понятий, а, следовательно, и существенные особенности его мышления определяются тем конкретным языком, носителем которого этот человек является.

Основные черты идеи лингвистического релятивизма (идеи о лингвистической относительности) были сформулированы уже в работах философов XIX столетия, таких, к примеру, как немецкий мыслитель Вильгельм фон Гумбольдт, воспринимавший язык как дух нации.

В начале XX столетия американские антропологи, лидером которых были Эдвард Сепир и Франц Боас также делали попытки приблизиться к этой гипотезе, однако именно Сепиром наиболее всего критиковался лингвистический детерминизм, что прослеживалось в его работах. А Бенджамин Уорф, являвшийся студентом Сепира, активно поддерживал как своего наставника, так и других сторонников теории релятивизма. Уорф, занимавшийся изучением языков индейцев Американского континента, смог опубликовать свои работы, в которых рассказывалось о том, какое воздействие оказывают лингвистические различия на познавательные и поведенческие структуры людей. А уже другим студентом Сепира по имени Гарри Хойджер было введено само понятие «гипотеза Сепира-Уорфа». Строгая же формулировка вообще была введена лишь в начале 20-х годов XX века немецким лингвистом Лео Вайсгербергом.

Смысл гипотезы Сепира-Уорфа сводится к тому, что структура языка оказывает формирующее воздействие на человеческое мышление и то, как он познаёт окружающий мир. Согласно базовым её предпосылкам, народы, которые говорят на различных языках, обладают различиями при восприятии основных категорий окружающего мира, таких как понятие собственности, количество, число, пространство, время и т.д. Не менее значительна и разница в том, как оценивают носители разных языков реальные события и явления. А главным отличием самой гипотезы является идея, исходя из которой, люди, способные говорить на нескольких языках, способны применять и несколько способов мышления.

Система языка, соответствуя рассматриваемой нами теории лингвистической относительности, определяет уникальную классификацию окружающего мира, где реальная действительность предстаёт перед человеком в образе постоянно меняющегося потока образов и впечатлений.

Таким образом, среди главных объектов гипотезы можно выделить:

· Познавательный и мыслительный потенциал

· Осознание причинно-следственных связей

Гипотеза лингвистической относительности фундаментальна и потому чрезвычайно проста. Она утверждает, что язык определяет мышление и способ познания. И действительно: есть какое-то количество расхожих примеров, как будто бы подтверждающих это. Один из самых известных приписывается Уорфу. В английском есть одно слово для обозначения снега — snow, а в эскимосском языке их целых 100, и ни одно из них в точности не равно английскому, поскольку обозначают они всевозможные разновидности снега. Пример, конечно же, производит впечатление. Англичане (или американцы) говорят о снеге, видят снег, думают о нем. А эскимосы снега не видят. Вместо него они различают совершенно разные объекты, называемые разными словами: снег, лежащий на земле; снег, падающий с неба; снег подтаявший , ну и так далее. Таким образом, эскимосы и англичане имеют совершенно разные картины мира, и эти картины определяются их языками.

Но и в английском и во многих других языках существует несколько слов для обозначения снега, и в эскимосском их совсем даже не 100. Да и само выражение «эскимосский язык» не очень точно, поскольку речь идет о целой группе языков.

Впрочем, значительно более неприятным для его научной репутации оказался другой удар. Одним из краеугольных камней в основании гипотезы стала работа Уорфа по сравнению способов выражения времени в языке индейцев хопи и европейских языках. Уорф утверждал, что в хопи нет слов со значением периода времени, как во всех широко известных языках — от английского до русского. Более того, Уорф показал, что и понимание времени, и отношение к нему в европейской и индейской цивилизации совершенно различно. Категория времени стала после этого исследования одним из основных примеров, приводимых в поддержку гипотезы. И вот через 30 лет после смерти Уорфа, в 1983 году, в Америке выходит книга, посвященная времени в языке хопи, где все основные постулаты Уорфа опровергаются. Его научная добросовестность также подвергается сомнению: говорят, что он работал только с одним информантом и не ездил к индейцам для проведения полевых исследований. И хотя последнее вроде бы неверно (по свидетельству его коллег), но тень подозрения накрывает и Уорфа, и примеры, и даже саму гипотезу лингвистической относительности.

Читайте также:  Осуществление мер по обеспечению обороны страны кто исполняет

Более сильным «противником» оказалась теория универсальной грамматики, разработанная не менее замечательным американским лингвистом, нашим современником Ноамом Хомским. Он — один из самых цитируемых учёных в мире, живой классик, основоположник генеративной грамматики, определившей направление развития лингвистики в ХХ веке. Одна из главных идей Хомского касалась врождённости языковых способностей. Он утверждает, что грамматика универсальна и дана человеку в готовом виде так же, как законы природы. Из тезиса о врождённости выводится тезис о глубинном единстве всех языков. А все существующие различия признаются поверхностными. Другими словами, у всех языков мира на глубинном уровне есть нечто общее, и знание общего является врождённым для человека, что и даёт ему возможность овладевать любым языком.

Таким образом, теория универсальной грамматики оказалась противоположной гипотезе лингвистической относительности, потому что в соответствии с ней языковые способности и мышление оказались не связаны друг с другом и взаимонезависимы.

Основная битва между двумя ключевыми идеями ХХ века — релятивизмом и универсализмом — развернулась в области цветообозначения. Релятивисты утверждали: устройство лексики цветообозначения в разных языках различно, что влияет на мышление, которое, в свою очередь, воздействует на восприятие цвета говорящими. Среди универсалистов самым авторитетным оказалось исследование Брента Берлина и Пола Кея. Они показали, что область цветообозначения подчиняется общим законам, которые определяются физиологическими возможностями человека воспринимать цвет. Учёные выделили 11 основных цветов и предложили их иерархию: . Иерархия означала, что менее важные цвета (например, grey или чуть более значимый brown) встречаются в языке, только если в нём уже существуют все цвета, занимающие более высокие позиции.

Хотя Берлин и Кей опубликовали работу в 1969 году, споры между универсалистами и релятивистами ведутся до сих пор. Релятивисты отмечают, что физиология восприятия цвета во многих случаях менее важна, чем так называемые прототипы. Так, в русском языке для различения голубого и синего цветов более важным оказывается не физиологическая способность к восприятию соответствующей длины световой волны, а апелляция к двум прототипам: небо и речная вода.

К слову сказать, современные, достаточно сложные эксперименты показывают, что носители тех языков, в которых для определённых цветов существуют отдельные слова, имеют преимущество в распознавании этих цветов (более высокая скорость).

Хотя борьба между универсалистами и релятивистами продолжается, в последние годы ситуация изменилась. Грубо говоря, период «разоблачения» гипотезы Сепира—Уорфа закончился. Связано это, прежде всего, с двумя факторами: появлением новых языковых данных и их экспериментальной проверкой. Впрочем, экспериментально проверяются и старые данные. Сегодня без эксперимента разговор о гипотезе Сепира—Уорфа вести уже даже как-то и неприлично.

24. Категоризация – это мыслительная операция, направленная на формирование категорий как понятий, предельно обобщающих и классифицирующих результаты познавательной деятельности человека. В когнитивной лингвистике категоризация рассматривается как когнитивная деятельность человека, на основании чего классифицирует вещи «обычный человек и как он сводит бесконечное разнообразие своих ощущений и объективное многообразие форм материи и форм ее движения в определенные рубрики»

Категоризация – это главный способ придать воспринятому миру упорядоченный характер, систематизировать как-то наблюдаемое и увидеть в нем средство одних явлений в противовес различию других.

«КАТЕГОРИИ» (Κατηγορίαι, от κατηγορία — высказывать; лат. Praedicamenta) — первый трактат в составе «Органона» Аристотеля.

Категории Аристотеля как способ объяснения сути бытия

Поскольку бытие не есть «чистые идеи» («эйдосы») и их материальное отражение («вещи»), возникает вопрос: что такое бытие? Дать ответ на этот вопрос (что такое бытие) Аристотель пытается через высказывания о бытие, то есть через категории (в переводе с древнегреческого – высказывания).

Аристотель выделяет 10 категорий, которые отвечают на поставленный вопрос (о бытии), причем одна из категорий говорит о том, что такое бытие, а 9 остальных дают его характеристики. Данными категориями являются:

Иначе говоря, по Аристотелю, бытие – это сущность (субстанция), обладающая свойствами количества, качества, места, времени, отношения, положения, состояния, действия, страдания.

Человек, как правило, способен воспринимать лишь свойства бытия, но не сущность. Также согласно Аристотелю категории – это высшее отражение и обобщение окружающей действительности, без которых немыслимо само бытие.

По утверждению Аристотеля, мировое движение есть цельный процесс: все его моменты взаимно обусловлены, что предполагает и наличие единого двигателя. Далее, исходя из понятия причинности, он приходит к понятию о первой причине. А это так называемое космологическое доказательство бытия божия. Бог есть первая причина движения, начало всех начал. И в самом деле: ведь ряд причин не может быть бесконечным или безначальным. Есть причина, сама себя обусловливающая, ни отчего не зависящая: причина всех причин. Ведь ряд причин никогда бы не закончился, если не допустить абсолютного начала всякого движения. Этим началом является божество как общемировая сверхчувственная субстанция.

Источник

Adblock
detector