Меню

Экономическое развитие стран постсоветского пространства

Экономика России отстала в развитии от стран бывшего СССР

Наступил 2021 год, в конце которого будет уже 30 лет с даты, когда не стало Советского Союза. Разная судьба сложилась у республик бывшего СССР. Неодинаково у них идет и экономическое развитие. Ясно, что 90-е годы прошлого века были тяжелейшими для всех. Все переживали трансформационный кризис, когда осуществлялся чрезвычайно болезненный переход от одной экономической системы к другой. Но ХХI век — это уже другое время. И интересно, что здесь происходит, какие страны на постсоветском пространстве развиваются быстрее, какие медленнее. Почему происходит именно так, а не иначе? Ведь у всех из нас, казалось бы, были одинаковые стартовые позиции, когда распадался Советский Союз.

Фото: Алексей Меринов

Если провести простейшие расчеты того, как выросли экономики стран бывшего СССР в 2000–2019 годах (за аномальный 2020 год итоговые данные появятся еще не скоро), то результаты окажутся для многих очень неожиданными. Судите сами. Вот какой прирост валового внутреннего продукта (ВВП), по данным Всемирного банка (в ценах 2010 года), в 2000–2019 годах показали бывшие республики: Азербайджан — 341%, Туркменистан — 318%, Таджикистан — 305%, Узбекистан — 242%, Армения — 225%, Казахстан — 219%, Грузия — 179%, Молдова — 133%, Беларусь — 126%, Киргизия — 125%, Литва — 112%, Эстония — 96%, Латвия — 94%, Россия — 85%, Украина — 52%.

Получается, что лидером по темпам экономического развития за эти годы оказался Азербайджан, аутсайдером — Украина. Однако Украина, ввиду известных политических событий — особая статья. Это тот самый случай, когда ради корректности сравнений надо выводить объект из общего ряда.

Но тогда получается, что худшей страной с точки зрения динамики экономического развития на постсоветском пространстве в ХХI веке является… Россия. Неприятный факт, что и говорить, но против цифр, что называется, не попрешь.

Предвижу такое возражение: почему тогда именно в Россию едут на заработки мигранты — в основном из тех стран, чье развитие, согласно статистике, опережало наше? Здесь нет никакого противоречия. Практически все государства на постсоветском пространстве развиваются быстрее, хотя в ряде из них уровень жизни людей отстает даже от невысокого уровня жизни россиян. Это означает лишь то, что если тенденция ускоренного развития других стран продолжится, то в будущем россияне вполне могут поехать на заработки к ближайшим соседям.

Еще можно ставить под сомнение статистику Всемирного банка (а есть какая-то более достоверная статистика для межстрановых сравнений?), можно рассуждать о несовершенстве макроэкономического показателя ВВП, по динамике которого идет сравнение, можно говорить что угодно, но факт остается фактом: Россия — худшая, за исключением Украины, которая особый случай.

Когда на одном из недавних экспертных обсуждений пришлось привести эти данные, реакция некоторых уважаемых мною коллег была непримиримая: «Не может быть!». А что не может быть-то? Возьмите и посчитайте прирост ВВП накопленным итогом за все эти годы — все просто.

Честно говоря, мне тоже было неприятно, когда получились такие результаты, но удивился я не очень сильно, потому что давно уже, смею надеяться, научился отличать то, как преподносится состояние российской экономики в пропагандистской упаковке, и то, что на самом деле происходит в ней.

А вообще-то не удивляться надо таким не очень хорошим результатам, а делать правильные выводы. Есть ли надежда, что такие выводы будут сделаны?

В конце 2020 года пресс-секретарь президента Дмитрий Песков в интервью передаче «Москва. Кремль. Путин» очень емко выразил мнение властей о происходящем в экономике сегодня: «…в нашей стране произошло все чрезвычайно эффективно». И хотя признавалось, что «мы тоже припали» (имеется в виду экономика), однако в целом восторженные оценки столь высокопоставленного чиновника удивляют. Да, здесь речь идет конкретно о 2020 годе, а не о том, как экономика развивалась в последние два десятилетия. Но это просто пример того, как власти привыкли оценивать состояние дел. Удивляют подобные оценки еще и потому, что одновременно утверждалось, будто бы сотни миллиардов и даже триллионы долларов, которые вкачали другие страны в свои экономики, не спасли их от падения, а это совершенно неправильно. Потому что экономики других стран упали в первую очередь из-за локдаунов, которые коснулись значимых отраслей. Деньги же, вкачанные в экономики, станут базой для быстрого постковидного восстановления.

Читайте также:  Теплые страны зимой для проживания

Как тот же потребительский бум будет обеспечен в России, если власти столь удовлетворены тем, что они так и не пошли, в отличие от других стран, на широкомасштабную материальную поддержку населения, к которой ими почему-то приравнивается раздача так называемых «вертолетных денег»?

Так, кстати, мы все эти прошедшие 20 лет и радовались своей эффективности. Где эта эффективность, когда считаем суммарный результат? Помните такую задачку — удвоение ВВП к 2010 году? Ну, конечно же, помните. Задача эта была поставлена в президентском послании 2003 года и предусматривала, что в России к 2010 году должен быть удвоен объем ВВП. Это значит, что ВВП должен был прирасти за 7 лет на 100%.

Вернемся к тем данным по постсоветским государствам, которые были приведены выше. По России получается, что ВВП не был удвоен не то что к 2010 году, но и даже к 2019 году, потому что его прирост составил всего лишь 85%. А если учесть, что экономика России в 2020 году упала примерно на 4%, то ее рост за 2000–2020 годы составил и вовсе порядка 80%. Это за два десятка лет! Поэтому, когда сегодня приходится слышать восторженные оценки, как хороши в России дела в экономике, хочется сказать следующее: экономические показатели отнюдь не говорят о каких–то выдающихся результатах. Все очень и очень скромно, о чем наглядно свидетельствуют результаты сравнения с тем, как росли экономики постсоветских государств в ХХI веке.

Признание этих скромных, мягко говоря, успехов, необходимо не для какого-то очернительства. Такое признание необходимо для того, чтобы было реальное представление дел в экономике, чтобы не было никакого шапкозакидательства. Такое признание необходимо и для того, чтобы учесть положительный опыт тех, кто смог продвинуться гораздо дальше. Тот же Казахстан, к примеру, вырос с начала ХХI века на 219% — в 2,5 раза больше, чем экономика России.

У нынешней России есть, безусловно, синдром Большого брата. Но мы сколь угодно можем поглядывать свысока на своих соседей, а те, судя по фактическим результатам, развиваются быстрее России. У кого-то это получается лучше, у кого-то дела обстоят не так хорошо, но все-таки движение вперед есть у всех.

Советский Союз давно остался в прошлом. Остатки СНГ, похоже, тоже на грани развала. Это происходит в том числе из-за того, что очевидный, казалось бы, лидер Содружества — Россия — на поверку оказывается не таким уж и лидером. А притягиваются, как показывает практика, к экономически сильным. Слабые, может, и не отталкивают, но противостоять центробежным устремлениям других они не в состоянии.

Источник

Кому без СССР жить хорошо: итоги развития бывших союзных республик за 25 лет

Показатели социально-экономического развития бывших советских республик, обобщенные Исследовательским центром ТАСС, мы обсудили с заместителем директора по научной работе Института мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО) РАН Евгением Гонтмахером и д. э. н. руководителем Центра исследований постиндустриального общества Владиславом Иноземцевым.

Для исследования были взяты такие показатели, как Валовой внутренний продукт, средняя зарплата, индекс промышленного производство и некоторые другие. Все данные приводятся в сравнении с показателями развития советских республик в 1990 году.

Для обывателя именно средняя зарплата — показатель зажиточности той или иной страны. В 1990 году, по данным Госкомстата СССР, средняя зарплата в народном хозяйстве страны составила 270 рублей. Самой высокой она была в Эстонии — 340,7 рублей, самой низкой в Азербайджане — 194,6 рублей. В долларовый эквивалент зарплаты были переведены по коммерческому курсу Госбанка СССР на конец 1990 года (1,8 рублей за доллар).

Стоит отметить, что значение долларового эквивалента зарплат сильно зависит от колебания курса валют. Например, высокие «долларовые» зарплаты в прибалтийских государствах в начале 2010-х годов объясняются курсом евро к доллару — в определенные моменты за €1 давали $1,4. Резкое «долларовое» падение зарплат в России, Белоруссии и ряде других стран в 2015 году по сравнению с предыдущим, также объясняется колебаниями курсов, при том что в местной валюте зарплаты росли.

Читайте также:  Названия стран латинской америки с федеративным

Евгений Гонтмахер: В разных странах разная структура экономики, где-то выплата зарплат занимает большую часть структурных издержек, в других — нет. Еще один важный момент: в самых бедных странах Средней Азии зарплаты на самом деле еще ниже, чем те, которые фиксируются официальной статистикой. Масса людей не работает вовсе или работает неофициально.

Евгений Гонтмахер: У стран Прибалтики была самая сильная мотивация, но также они получили огромную помощь от Европы и США. Судьба Белоруссии связана с поддержкой со стороны России. Молдова не состоялась в экономическом смысле, а на Украине не состоялся институт государства. Даже если решения принимаются правильные, их просто не получается воплотить в жизнь. Грузия может развиваться только в составе крупной экономической группы, но в Европу ее пока не пускают, а с ЕврАзЭС она отношения не строит.

Армения от распада не выиграла, свою роль сыграл карабахский конфликт и блокада со стороны Турции. Азербайджану повезло, что у него есть нефть. Полученными деньгам они неплохо распорядились — вкладывали в инфраструктуру. В Казахстане уникальная ситуация: жесткая вертикаль власти, но при этом страна открыта и сумела привлечь инвестиции из самых разных мест — из России, из Европы и США, из Китая.

В остальных странах Средней Азии положение хуже. В Туркмении еще есть газ, в Узбекистане — углеводороды, золото, уран. В Таджикистане и Киргизии особых ресурсов нет. Ситуация обостряется из-за исламистского влияния и близости Афганистана. Россия скорее приобрела, особенно в годы нефтяного благополучия, многое было сделано, но структурные реформы завершены не были, о чем неоднократно говорили президент Владимир Путин и премьер-министр Дмитрий Медведев.

Владислав Иноземцев: Если не брать Прибалтику, которая воспользовалась возможностями ЕС, то основной водораздел проходит между странами, которые добывают природные ресурсы, и теми, у кого таких ресурсов нет. Если ресурсы есть, то и рост более-менее заметен. Выбивается из этого ряда Белоруссия, где во многом сохранилась советская система хозяйствования, но у ряда экспертов достоверность и адекватность статистических данных из Белоруссии вызывает сомнения. По сути же развал Союза повторяет ситуацию распада любой колониальной империи, когда часть южной периферии проваливается в развитии из-за разрыва хозяйственных связей.

Евгений Гонтмахер: В некоторых странах произошла структурная перестройка экономики. Приоритетом стали транзитные услуги, финансы, сфера услуг, сельское хозяйство. В других странах, например в Узбекистане, была сделана ставка на добывающие отрасли. В это вложились, привлекли инвестиции. Где-то, как в Белоруссии, сохранились советские промышленные мощности. При этом уровень жизни с индексом промышленного производства напрямую не связан.

Владислав Иноземцев: Статистика по промышленному производству может включать в себя показатели по добывающим отраслям. В этом случае она не демонстрирует технологические и производственные достижения, а является просто отражением сырьевой конъюнктуры. Объективно серьезно вырасти промышленность в постсоветских странах не могла.

Евгений Гонтмахер: В Прибалтике два фактора уменьшения населения: во-первых, несколько лет назад произошел массовый отъезд молодых людей из-за возможности беспрепятственно устроиться на работу в ЕС, а во-вторых — сокращение населения по демографическим причинам. Это общеевропейский феномен, который также распространяется на Россию, Украину, Белоруссию, Молдову, отчасти на Армению и Грузию.

Из республик Средней Азии едут в Россию, но это временный выбор, «зацепиться» за российское гражданство человеку из Таджикистана или Узбекистана очень сложно. Демографический рост там хоть и продолжается, но идет на спад. В свое время демографический «взрыв» был связан с тем, что советская власть там создала бытовую и медицинскую инфраструктуру, в результате резко сократилась смертность.

Владислав Иноземцев: В обществах с высокой долей архаики и высоким уровнем религиозности рождаемость всегда выше. Это может касаться как отдельных стран, так и регионов внутри стран.

Доля населения с высшим образованием

После распада СССР в подавляющем большинстве бывших союзных республик начался взрывной рост числа институтов и университетов. Соответственно, выросла и доля людей, имеющих высшее образование. Данные трудно систематизировать, чтобы отразить в графическом виде, так как ежегодный учет этого показателя не ведется. Тем не менее известно, что, например, в Эстонии этот показатель вырос с 11,7 до 34% (по данным переписи населения 2011 года), в Белоруссии с 10,8 до 25% (данные 2009 года), в Казахстане с 9,9 до 19,8% (2009 год), в России с 11,3 до 22,15% (по итогам переписи 2010 года). Исключением стала разве что Туркмения, где число вузов незначительное.

Читайте также:  Коронавирус статистика таблица по странам мира

Владислав Иноземцев: Есть мифология, что для достижения социального успеха обязательно нужно окончить институт. Высшее образование стало элементом потребления, а не способом получения знаний для дальнейшей работы. Для стран такого же уровня развития, как постсоветские, характерно число лиц с высшим образованием в 2–2,5 раза меньше.

Андрей Веселов, Виктор Дятликович

При подготовке статьи использованы материалы Исследовательского центра ТАСС

Источник

Развитие постсоветских стран — издание института экономики РАН

Cоциально-экономическое развитие постсоветских стран: итоги двадцатилетия

Исследованию экономических и социальных последствий дезинтеграции такого масштаба в разрезе вновь образовавшихся государств до сих не уделялось должного внимания. С научной точки зрения распад СССР дал громадный эмпирический материал для исследования экономических, социальных и политических причин и последствий разрушения мировой державы, проблем становления национальных экономик, возникающих вопросов их взаимного сотрудничества. Прошедшие 20 лет суверенного существования представляют большой интерес с точки зрения анализа факторов и результатов развития, которые у постсоветских стран весьма различны.

В монографии делается попытка ответить на вопросы: как развивалась экономика новых независимых государств (ННГ) в кардинально изменившихся условиях, какую роль в этом играли советское наследие и новые реалии, в частности быстро меняющаяся мировая и региональная конъюнктура?
Новые государства с момента обретения независимости стали двигаться по своим траекториям развития, постепенно избавляясь от своего советского наследия. Общим выбором стала рыночная трансформация.

Но страны использовали разные модели реформирования экономик, разными темпами вели преобразования, по-разному включались в международные экономические отношения. В ходе становления государственности неизбежно усиливались экономические, социальные, культурные и политические различия между ними, различия в интересах и стратегических ориентирах.
Рост различий между странами был также обусловлен интересом к ним третьих государств, которые стремились расширить рынки сбыта своей продукции, обеспечить альтернативное энергоснабжение, укрепить геополитические позиции на постсоветском пространстве и т. д. В двадцатилетии экономического развития стран СНГ выделяются несколько периодов: 1991–1999 гг. – период глубокого экономического спада на фоне жесткой дезинтеграции пространства бывшего СССР, 2000–2007 гг. – период динамичного экономического роста, 2008–2011 гг. – период глобального финансово-экономического кризиса и первых после кризисных лет, характеризующихся серьезными изменениями в мирохозяйственных процессах и их динамике.

Высокая динамика экономики стран СНГ была связана с благоприятной конъюнктурой на мировых рынках. Глобальные (вне-региональные) факторы фактически определяли этот рост. На динамику взаимного сотрудничества стран СНГ в этот период сильное влияние оказывало расширение ЕС на Восток,«оранжевые революции», рост мировых цен на углеводороды,стремление России сохранить свои позиции как мировой энергетической державы.

На этом фоне обострились взаимные экономические противоречия, а действующие постсоветские интеграционные группировки не получали импульса к дальнейшему развитию. Кризис по-разному проявился в рассматриваемых странах. В странах Балтии, Украине, Армении, России и Молдовев 2009 г. произошел весьма сильный спад, а экономики Азербайджана, Туркменистана и Узбекистана сохранили довольно высокие темпы роста.

До сих пор рост шел под влиянием мирового спроса,который способствует росту в основном сырьевого сектора и не создает тепличных условий для диверсификации. Кризис высветил важную роль России в экономическом развитии многих стран СНГ. В силу размеров своего рынка она стимулирует рост их хозяйства в период подъема и угнетающе действует на их экономики в период спада.

В данном исследовании будут рассмотрены следующие темы

От советского прошлого к европейскому настоящему: особенности социально-экономического развития стран Балтии:

  • Латвия;
  • Литва;
  • Эстония.

Проблемы социально-экономического развития стран общего соседства ЕС и России:

  • Белоруссия;
  • Молдова;
  • Украина.

Кавказ: экономическое развитие в условиях этнополитических конфликтов

  • Азербайджан;
  • Армения;
  • Грузия.

Центральноазиатская мозаика: в поисках эффективной модели развития

  • Казахстан;
  • Кыргызстан;
  • Таджикистан;
  • Туркменистан;
  • Узбекистан.
1. Экономика после распада СССР: о некоторых особенностях развития постсоветских стран
6. Типы стран СНГ по динамике и ресурсам развития
7. Взаимное сотрудничество в контексте экономической динамики стран СНГ

Нашли ошибку в тексте — выделите и нажмите ctrl enter

Источник

Adblock
detector